Иногда я думаю о том, почему люди дарят мне книги, над которыми я буду плакать.
Нет, даже не те, над которыми буду плакать. Те, после которых мое существо будет пытаться вытеснить все это слезами, но у него не будет получаться.
Цветы для Элджернона. Лиля.
Вита Ностра. Лиля и Рос.
Горе мертвого короля. Рос.
Жутко громко и запредельно близко. Дара.
И еще Рос вручает мне две книги на дне рождения и сразу говорит - будешь рыдать. И я знаю, что буду.
Зачем? Ведь явно же не потому, что им нравится, когда я плачу. Может чтобы "зацепило". Но тогда пусть дарили бы далекие и чужие. Ближним не надо цеплять, они и так в самом сердце. И друзьям тоже.
Потому что книга хорошая.
Потому что мне кажется, что ты оценишь.
Я не знаю.
Я бы дарила потому что "пожалуйста, прочитай и смоги жить с этой информацией, докажи, что это возможно, я не могу молчать об этом, но и говорить тоже не могу, пойми меня, пожалуйста, пойми"
А они - не знаю. Да в общем и не важно.

Я просидела в ванне три часа. Три чертовых, почти четыре часа. Вода становилась холодной, а я вспоминала об этом только совсем редко, когда совсем начинала замерзать.
За день, вашу мать. За день. Опять за день. Каждую строчку, не пропуская ни слова. Нет, вру, только совсем чуть чуть. Из экскурсии про Башню. Каждую картинку.
Все надписи цветными ручками.
Мой мозг взрывается. Моего мозга больше нет.
Fatal error.
Было совершено аварийное выключение. Часть файлов удалось спасти.
Мы попробуем восстановить что-нибудь. Приходите завтра.
Никогда не приходите в общем.
Это не боль, не грусть и не тоска. Это космос в одной твоей маленькой голове.

Я вчера сказала уже Кэт.
Я, может, хотела рожать детей и варить борщи. Понимаешь? Рожать детей и варить борщи. А вы пришли и вместо борща появился мозг. Большую часть времени я благодарна вам за это. Но иногда мне думается - может быть, может быть с поварешкой у плиты, за нарезкой свеклы, за стиркой носков я бы никогда не знала о том, что в Нью-Йорке более 10 000 птиц ежегодно разбиваются о небоскребы.
И не думала бы о том, что чувствуют слоны, когда приходят за много километров на позывной умершего члена своей семьи, и обнаруживают там только маленькую черную коробку, из которой почему-то доносятся голоса их мертвых.

Я дочитала "Жутко громко и запредельно близко". Спасибо, Дара. Нет, серьезно. Спасибо.
Fatal error.